Ты будешь жить, обещаем. Если не мы – то кто?! (Интервью с Ильей Товбейном)

Признаемся самим себе: в наш век холодной технократии и глобальных экономических потрясений далеко не каждый готов бросить все свои дела и позабыть обо всех проблемах ради спасения жизни абсолютно не знакомого ему человека. Молодого (33 года). Невероятно обаятельного (чувство юмора, помноженное на интеллект, эрудицию и иронию). К тому же - отца - Мы ей рассказали, хотя сделать это было очень тяжело, - признается Илья Товбейн. - Поначалу я и сам был оптимистичен, но со временем начал смотреть на вещи реально: лейкемия - болезнь с высоченным процентом летальных исходов...После долгих сомнений и колебаний первоклашке-Натали сообщили, что папа тяжело болен - и болезнь может продлиться долго. Полгода...- Натали пошла смотреть на календарь. И подсчитала, что через полгода - Ханукка, - вспоминает Илья. - Сейчас она с нетерпением ждет Ханукки, чтобы сказать: "Папа дома - папа выздоровел". - И Ханукка действительно наступает...- Да. Я вернулся домой, где не был практически полгода, - подтверждает Илья. - Большую половину тех шести месяцев, которые я провел в онкоголическом отделении больницы "Шиба" в Тель ха-Шомере, меня держали в изоляторе: иммунитет ослаблен. Общаться с дочкой я не имел никакой возможности, кроме как по компьютеру. Сейчас я, с одной стороны вернулся домой, а с другой...Илья не в состоянии произнести ту фразу, которую с легкостью озвучивают его лечащие врачи.- С другой стороны, я постараюсь продолжать нормальную жизнь, хотя прекрасно понимаю, что каждый день ждешь самого худшего: а вдруг болезнь вернется?..В тот майский день, когда состоялся нелегкий разговор с дочкой, Илья был совсем плох. Первый курс химиотерапии стал для него шоком.- Вспоминаю об этом с ужасом, - признался Илья в эксклюзивном интервью корреспонденту ZMAN.com. - В мае этого года, когда я попал в больницу, у меня на сто процентов был поражен костный мозг. То есть все сто процентов клеток костного мозга составляли раковые клетки. Те роковые дни Илья помнит выборочно: температура - за 40 градусов. Беспамятство сменялось болевыми вспышками: он возвращался в сознание, чтобы вскоре снова уйти. Бредил. Несколько недель не мог есть и пить. Иногда не просыпался сутками.- Первый курс химиотерапии был очень тяжелым и физически, и психологически, - вспоминает Илья. - В больницу я попал в среду вечером, 20 мая, а в четверг утром мне уже начали делать химиотерапию, потому что жизни грозила опасность: стопроцентное поражение костного мозга...Месяц жизнь Ильи висела на волоске. Тридцать дней раскачивало его между жизнью и смертью, а когда после долгой и мучительной борьбы температура впервые упала, жена предложила: "Выйдем на свежий воздух".[img=http://images.zman.com/11_2009/30_11_2009_11_11_43_tovbein3.jpg" alt="После химиотерапии" title="После химиотерапии" />Расстояние от палаты до первой двери, ведущей на улицу, здоровый человек способен преодолеть за пару минут. Но Илье оно показалось самой длинной и мучительной дорогой за всю его жизнь: тяжело опираясь на плечо жены, он добирался до этой двери почти полчаса. А когда ведущая в больничный двор дверь, наконец, распахнулась, Илья без сил рухнул на скамейку. И долго не мог отдышаться.Позже до него дошло: он заново учился ходить. Потому что мышцы - атрофировались.С тех пор прошло пять месяцев - и еще три мучительных волны "химии". Каждый курс длится порядка 30 дней. Интервью с 33-летним инженером-программистом Ильей Товбейном пришлось вести по телефону: на днях его ненадолго выписали из больницы. Чтобы спасти Илье жизнь, срочно требуется донор, стволовые клетки которого - в том числе и с генетической точки зрения - совместимы со стволовыми клетками костного мозга Ильи. Идеальным донором при такой ситуации медики считают родного брата или сестру. Но Илья - единственный сын. Костный мозг родных ему не подошел. После чего ближайшие друзья Ильи начали искать донора по всему Израилю.Первая акция благородства (иначе ее не назовешь) состоялась в Реховоте: сигнал "SOS!" был принят десятками репатриантов.- Я был до глубины души потрясен тем, что откликнулись на призыв моих друзей абсолютно незнакомые люди, - признался Илья. - Затем ребята-фотографы, которых я тоже никогда в жизни не видел, организовали благотворительную выставку (донорство в Израиле парадоксальным образом стоит денег - государство не оплачивает благородство. - Е.К.)... Для меня это был шок - в положительном смысле слова. Я мог представить, что на помощь бросятся ближайшие друзья. Слабо представлял, что откликнутся просто знакомые. Но совершенно чужие люди?! Невообразимо!..Илья приводит такой факт: на сайте "Одноклассники" на призыв его друзей не просто откликнулись - многие без лишних вопросов писали: "Что мы должны сделать?"- Многим из нас кажется, что каждый давным-давно заперся в некой клетке, в которой пытается строить свою сугубо частную жизнь. И вдруг ты сталкиваешься с тотальным благородством. Были ли вы готовы к такой реакции?- Абсолютно не был, - говорит Илья. - К тому же я никогда ни у кого не просил никакой помощи: не мое это... Помочь - пожалуйста, кому угодно, но чтобы кто-то помогал мне?! Поэтому, попросив друзей на странице своего Живого журнала проверить, не найдется ли подходящий донор, на многое я не рассчитывал. Максимум - на тех же друзей, которые знают меня много лет. И вдруг начали помогать совершенно не знакомые люди.Поначалу Илья не понимал, что движет этими людьми. Со временем - понял (так ему, по крайней мере, кажется): ведь в такой же тупиковой ситуации рано или поздно может оказаться каждый из нас! - Жду пересадки костного мозга отнюдь не я один, но многие тяжелейшие, безнадежные больные - выходцы из бывшего Советского Союза, - объясняет Илья. - Что требуется вам, с медицинской точки зрения?- Пересаживают больным лейкемией не костный мозг, - говорит Илья. - Пересаживают - стволовые клетки, которые затем попадают в костный мозг и заново вырабатывают красные кровяные тельца, обеспечивающие нормальную деятельность иммунной системы. При пересадке очень важно генетическое подобие иммунных систем. Значит, вся надежда - на таких же репатриантов, как я...Илья репатриировался из Москвы в 1992 году в возрасте 15-ти лет. В Израиле он провел значительную часть жизни: получил высшее образование, начал работать инженером-программистом, женился. Растит Натали, которую горячо любит. На этой неделе проблема нехватки доноров, способных спасти жизнь десятков таких же больных лейкемией, как Илья Товбейн, будет рассмотрена на заседании парламентской комиссии по алие и абсорбции. В ближайшую среду друзья Ильи подробно расскажут в "Открытой студии" 9-го канала о критериях, по которым отбирают и находят доноров.Что же касается редакции ZMAN.com, мы просто обязаны подчеркнуть: Илья Товбейн - сильнейший человек. Яркая, неординарная личность. Даже на фоне угрожающей его жизни болезни он держится поистине героически: с достоинством и оптимизмом.Обещаем: мы спасем тебя, Илья. Среди сотен тысяч репатриантов непременно найдется донор, стволовые клетки которого тебе подойдут. Непременно!