Девушка из Ипанемы в парандже, или Ислам завоевывает Бразилию

Сюрреалистическая картина: вместо веселых и эротичных смуглянок по знаменитой набережной Рио-де-Жанейро шествуют на почтительном расстоянии от своих мужей женщины в паранджах, а вместо звуков "Девушки из Ипанемы" и брызжущией самбы раздается заунывный крик муэдзина… Ужас. Слава Богу, эта картина еще далека от действительности, но ислам понемногу завоевывает и Бразилию.

В мире, где коммунистическая идеология оказалась экономически несостоятельной, а христианские ценности ассоциируются с белым правящим классом и его двойной моралью, "пассионарный" ислам легко находит адептов в бедной народной среде, этнических и расовых меньшинствах.

Если еще 500 лет назад Коран навязывали с помощью меча, то сегодня, в век маркетинга и политической корректности, оружием Ислама стал телевизионный образ. Даже телесериал.

Вот уже 10 лет самая большая в мире католическая страна Бразилия переживает значительный рост числа приверженцев ислама. "Точно нельзя сказать, сколько мусульман имеется в стране, так как их записывают в категорию "другие", но демографы полагают, что их около миллиона", - говорит профессор местного университета.

Розанжела, жительница маленького городка в нескольких километрах от Сан-Паоло, пять раз в день обращается в сторону Мекки. 45-летняя женщина живет в ритме ислама, с тех пор, как приняла его в начале 90-х годов. В платке и длинной тунике, эта женщина работает в Центре распространения ислама в Латинской Америке.

Разговаривать с ней непросто, - говорит корреспондент Le Figaro, взявший у нее интервью, - каждые пять минут звонит телефон, и Розанжела дает информацию о лекциях Джихада Хасана Хаммаде, главы мусульманского центра. "Спрос на Коран на португальском так велик, что наши запасы уже иссякли", - с гордостью говорит женщина.

Движение обращения в ислам всегда существовало, "но это было связано с дружбой, любовью, браком". "11 сентября бросило на мусульман луч прожектора и пробудило любопытство", - считает Розанжела.

"Одни захотели больше узнать о народе, который заставил дрожать американскую империю, другие сомневались в том, что им рассказывала пресса, - говорит Розанжела.

Курсы арабского в бразильских университетах раньше считались экзотическим увлечением, а сегодня они переполнены. Это явление известно во всем мире, но в Бразилии было еще одно обстоятельство – телесериал.

В октябре 2001 года, через три недели после терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне, в Бразилии вышел телесериал под названием "Клон". Фильм, действие которого происходит в Марокко, претендовал на правдивый показ жизни в мусульманском мире. "Это было совпадение: сериал снимали задолго до теракта", - вспоминает Франсирози Ферейра, специалист по исламу из университета в Рио.

Успех был оглушительный! На улицах Рио и Сан-Паоло люди приветствовали друг друга фразой "Иншалла". "Многие женщины тогда решили уйти от своей религии и выти замуж за "Саида" – так звали мусульманского героя телесериала. Карикатура, далекая от жизни, персонаж был романтическим мужчиной, с уважением относящийся к женщинам и увешивающий их золотыми украшениями.

Но обращение к исламу, продиктованное модой, это хрупкое и маргинальное явление. Переход в ислам, связанный с этническими и социальными факторами, намного прочнее. Розанжела, чернокожая из бедной семьи, активистка "Объединенного черного движения", она с детства не могла найти себя в католической семье. "Иисуса всегда представляют белым человеком. Что они об этом знают? В Иерусалиме не все были белые!"

"Мусульманская община Бразилии солидарна с палестинским, ираскским и ливанским народами, - комментирует политическую направленность адептов ислама. – Ислам представляет собой идеологию третьего мира, подобную тому, что существовало в христианской идеологии латиноамериканского освобождения, пока Церковь не отошла от движения".

Незнакомый с жестокой действительностью мусульманского мира на Ближнем Востоке, латиноамериканский ислам питается неравенством, несправедливостью, духовной пустотой и мифами телесериалов. Что этому может противопоставить Запад?