Иерусалим: золотые правила поведения в Старом городе (репортаж)

"Паркуйтесь на стоянке у Сионских ворот", - порекомендовал Янив, командир полицейского участка "Давид" в Старом городе.

"Почему не на Мамиле?"

"Оттуда добираться до участка дальше, а отсюда – два шага. К тому же стоянка бесплатная"…

Расстояния меня не пугают, особенно в Старом городе: весь он с четырьмя своими кварталами – Еврейским, Христианским, Мусульманским и Армянским – раскинулся на площади примерно в один квадратный километр. Но, несмотря на малую (по европейско-американо-российским меркам) площадь, заблудиться в хитросплетениях узких улиц ничего не стоит: засмотришься на соседствующие с иконами мезузы в витринах сувенирных магазинов, поддашься уговорам арабских торговцев – и вот тебя уже несет на "машине времени" в иную, подчас тупиковую цивилизацию.



- Туристы теряются здесь чуть не ежедневно, - расскажет мне позже Бенцион Вайнштейн, доброволец гражданской дружины, патрулирующий с товарищами Старый город. – Помню, француз, приехавший в Иерусалим из Египта с однодневной экскурсией, отстал от автобуса, укатившего в Табу. По-английски парижанин не говорит, а на французском в Старом городе мало кто изъясняется. Растерялся, чуть не плачет: в автобусе осталась жена с деньгами и документами… Единственное, что турист имел при себе, – наклейку с названием египетской гостиницы, в которой остановилась его группа.



ЧП (как в сказке) завершилось помпезным "хэппи-эндом": вначале француза привели в полицейский участок. Там с помощью гидов выяснили, в каком автобусе уехала его жена. Остальное было делом техники…

- Часто за помощью к нам обращаются девушки, которые боятся в одиночку ходить по Старому городу, - говорит Михаил Гутман, другой волонтер гражданской дружины. - Приходится сопровождать их до нужного места.

- В котором из трех кварталов в девушкам пристают чаще всего? – задаю я заведомо провокационный вопрос, зная, что репатриировавшиеся из Бруклина еврейские ультраортодоксы да "вязаные кипы" заигрывать с туристками не станут.

- В основном в Мусульманском и Христианском или – в тех местах, где с ними граничит Еврейский квартал.

Восток – дело тонкое. Не владея принятыми здесь поведенческими кодами, можно попасть в такую переделку, что мало не покажется. Арабским торговцам и самозваным гидам ("Мадам, всего за 100 евро я провожу вас на Голгофу") внешний вид прекрасной дамы указывает не только на страну, откуда она приехала, но и на степень ее наивности, глубину
доверчивости, а также на наличие у нее в кошельке той или иной суммы в иностранной валюте.



- Чума Старого города - карманники, - наставляет меня Янив Цфони, под контролем которого не только излучающее золотое свечение подземелье Кардо, но и все прилегающие к нему улицы – вплоть до площадки у Стены плача. – Засмотрелся, заговорился – прощай, кошелек.



У старшего сержанта Цфони – говорящая фамилия. В переводе с иврита "цфони" означает - "северный". У израильтян ассоциируется не столько с Северным Тель-Авивом, сколько с вполне определенным образом жизни: если ты "цфони" – значит, обитаешь на вилле или в фешенебельной квартире с джакузи, разъезжаешь на "Мерседесе" и возглавляешь преуспевающую фирму.



- Вы – "цфони"?! - "подкалываю" я Янива.

- В какой-то степени – да! - улыбается он. - Мой дед родился где-то на границе между Россией и Азербайджаном, а вырос в Иране, откуда и перебрался в свое время в Израиль.

В ЦАХАЛе Янив Цфони служил в сверхсекретном подразделении ("Мы действовали на территориях и участвовали в крайне сложных операциях"), а Старый город охраняет уже 17 лет. Немногословен. Проницателен. С ним я пошла бы в разведку. Что уж говорить о патрулировании Еврейского квартала!..

Иерусалимский синдром

Сейчас, впрочем, не до биографических тонкостей: прямо у нас на глазах разыгрывается драма.



Рослый турист в алой футболке с надписью "Алилуя" устанавливает на отполированных камнях у Сионских ворот деревянный крест, кладет на него увесистую Библию, расправляет плечи, набирает полные легкие воздуха и хорошо поставленным баритоном начинает проповедовать. По-английски, на языке международного общения.



Народ опасливо сторонится: очередной "мессия" может в порыве религиозного экстаза дать Библией по голове или укусить.

- Иерусалимский синдром, - констатирует Михаил Гутман. – Мы с такими "мессиями" сталкиваемся постоянно: приезжают люди с нестабильной психикой - под воздействием иерусалимской ауры им "крышу сносит": воображают себя посланниками или исполнителями воли Божьей.

В большинстве случаев завершаются проповеди в столичной психушке.

- Кстати, совсем недавно в Храме Гроба Господня произошел вооруженный инцидент: иностранный турист купил неподалеку отсюда огромный нож и набросился с ним вначале на молящихся, а затем и на полицейского, - напоминает Михаил. - Психиатрическая экспертиза показала: иерусалимский синдром.

Пока мы с Михаилом беседуем, его коллега - волонтер Бенцион Вайнштейн объясняет водителю-американцу, по каким причинам не стоит въезжать в Старый город через Сионские ворота.



Первая причина очевидна: "кирпич". Вторая - гораздо более убедительна: на наших глазах из узких ворот вылезает, надрывно урча, другой автомобиль. Если бы не бдительность Вайнштейна, под аркой наверняка бы столкнулись две машины…

- На исходе прошлой субботы нам удалось преградить дорогу такому же "искателю приключений", - говорит третий волонтер, Линт Ханан, уроженец Вашингтона, израильтянин с 40-летним стажем. По специальности Линт – адвокат. Тяжелый акцент лишь подчеркивает изящество юридически выверенных формулировок.

Кошелек и/или жизнь

- Самое опасное в Старом городе – положить кошелек в сумку, - наставляет меня Линт Ханан. – Решила группа туристов пообедать в ресторане. Одна из женщин поставила на пол рядом со своим стулом большую дорожную сумку. Вскоре в ресторан вошла пара "харедим" – муж и жена. Уселись за соседним столиком. Никто из туристов, оживленно обменивавшихся впечатлениями, не заметил исчезновения дорожной сумки – вместе с деньгами и документами. Не обратили туристы внимания и на то, что "пообедали" ультраортодоксы подозрительно быстро, а ушли – незаметно.

Когда туристка спохватилась, было поздно: вместе с купленными в Старом городе сувенирами в неизвестность уплыл паспорт, авиабилет и солидная сумма наличности…



- К счастью, в ресторане установлена камера слежения (такие развешаны по всему Старому городу), - говорит Линт Ханан. – Она-то и запечатлела все телодвижения воров, замаскировавшихся под "харедим".

Мечта следователя полиции и прокурора: вся процедура кражи оказалась на пленке. Королевская улика!

- Пришлось нам доставить группу туристов в полицейский участок, - говорит адвокат Ханан, - а затем найти волонтера, владеющего французским. С туристов сняли показания, после чего мы отвезли их в отель. Тем временем детективы уже прочесывали Старый город в поисках воров: благодаря камере следователи точно знали, как они выглядят.

- Нашли?

- Еще бы!

- И кем же оказались лже-"харедим"?

- Парочкой светских евреев – живое воплощение мечты Бен-Гуриона.



Итак, первое золотое правило: кошелек пристегивается (привязывается, приклеивается или пришивается) – к телу. Ближе к сердцу – меньше головной боли.

Второе: карманников больше всего в тех местах, где много туристов.

Третье: если вам посчастливилось родиться женщиной, желательно не верить комплиментам, отпускаемым в ваш адрес торговцами на арабском базаре. Личные контакты могут завести так далеко, что не выберешься. Если же все-таки за вами увязался улыбчивый незнакомец, срочно ищите полицейского или волонтера. Иначе – плакали денежки (а может – и вы).

Четвертое: в ресторане или кафе (а их в Старом городе не счесть) оглянись вокруг себя. И если за соседним столиком чинно обедает вполне супружеская (на первый взгляд) пара, кошелек целесообразно засунуть… (дальше – по тексту первого золотого правила).

Пятое: бессмысленно пытаться заехать в Старый город на своем или арендованном автомобиле. Причем не только потому, что над Сионскими воротами красуется "кирпич", но и оттого, что на крошечной площади у Сионских ворот не так-то просто развернуться, чтобы уехать в обратном направлении…

(Продолжение читайте здесь)

Фото автора